Ипполит и Пелагея любили друг друга. Жили они в небольшой коммунальной квартире на три семьи. В одной комнате – они, в другой – скромный и работящий юноша Артур, а в третьей – неведомо кто, ибо для нашей истории он не имеет ни малейшего значения. В общем, Ипполит и Пелагея ютились в одной комнатке, смотрели старенький телевизор «Горизонт», спали на узкой тахте и слушали «Русское радио».

Одна девушка грезила небом. Звали ее Катериной и мечтала она раскинуть широко руки и полететь, полететь, рассекая клювом морозный бьющий в лицо ветер. «Ну почему люди не летают, - размышляла Катерина, - почему не летают они так, как птицы? Эх, блин!». И, думая так, глядела она в низкое карельское небо и видела в нем дождик. Так что, гонимая этими своими мыслями Катерина записалась в кружок парашютистов.

- Ну, значит, слушайте, - фотограф Иоаннов уселся поудобнее и начал свой рассказ, - любил я однажды девушку по имени Жаннет.
Коллектив отложил в сторону надкусанные соленые огурцы, отставил кружки с водочкой и замер во внимании.

В одном из петрозаводских заведений сидели Граф и Клык. Граф рассказывал историю своей последней любви, а Клык слушал, полуприкрыв глаза, словно удав Каа перед обедом. Они были очень разные люди. Граф отличался восторженностью, влюбчивостью и часто цитировал Пушкина. Клык, напротив, слыл подонком и на женщин смотрел только сзади и сбоку.

Один студент полюбил студентку из района. Маленькую и хрупкую, как хрящик в коленке. Невинную, как первый поцелуй, и наивную, как индеец, впервые увидавший Христофора Колумба. Сам-то студент уже успел отслужить в Советской армии, умел наматывать портянки и водить бронетранспортер, так что к сокурснице он тотчас проникся настоящей мужской нежностью. Ему захотелось окружить ее бесконечной лаской и заботой, в связи с чем он пригласил девочку в кино, а потом сразу познакомил с родителями, которые накормили ее супом и вкусной домашней котлетой. Весь первый семестр он целомудренно гулял с ней по паркам и скверам города, провожал до общаги, дважды целовал в щеку, а после каникул она внезапно пришла к нему домой с чемоданом. И стали они мужем и женой.

Как-то раз слесарь шестого разряда Абрамзонов встретил на улице своего старинного приятеля с девушкой. Девушку эту Абрамзонов тоже знал, но весьма шапочно. Разок он видел ее в лесу на сборе грибов и еще несколько раз в баре на букву «С», пьяненькую и веселую. Они знали друг друга по имени. Вот, в общем, и все.

Одного чувствительного художника два раза рвало. В первый раз это произошло еще в пионерлагере, куда он, четырнадцатилетний, приехал за своим младшим братом.